В детстве все дети играют в футбол. Все мальчики пинают мяч. Все пинают мяч потому что, во-первых, все пинают мяч, а во-вторых, потому что, обычно, больше не во что играть, больше нечего делать.
Я никогда не фанател от футбола. Никогда не увлекался ни игрой в футбол ни болением. То есть так - я никогда не увлекался, но, в детстве, всё равно, играл, то есть, пинал мяч, потому что, в детстве все мальчики так делают. И в моё детство у всех на слуху была фамилия - Марадона. Мы всё время говорили - "Ну ты Марадона", или - "Ну ты не Марадона, конечно". Или просто - "Смотри, я щас как Марадона сделаю". Никто толком не знал, кто такой Марадона. Потому что мало кто по-настоящему увлекался футболом и средства информации тогда были немного скуднее чем теперь. Их хватало ровно для того, чтобы все знали имя Марадона. Так вот, однажды, лет в восемь, я где-то случайно прочитал, что Марадона наркоман. И меня это поразило. В самое моё восьмилетнее сердце. Я не мог поверить, что человек имя которого всегда было у нас на устах, так нас подвёл. Мы не знали как он выглядит, я так вообще, не знал, за какую страну он играет. Но мы знали, что он не может быть наркоманом. Так же как он не может быть алкоголиком, подлецом, педерастом или грязнулей, например. И тут вдруг такое. И для меня тогда стало понятно, что Марадона плохой человек. Потому что наркоман не может быть хорошим человеком. И, значит, он плохой футболист - хотя, признаюсь, я, скорее всего, никогда не видел, как он играет - потому что плохой человек не может быть хорошим фктболистом.
Так моё сознание случайно но надолго попало в сеть связи личности и её общественного и культурного значения.
И довольно долго связь личная жизнь - заслуги в сфере деятельности была для меня очевидной. Потому что наркоман не может быть хорошим человеком, а плохой человек не может быть хорошим футболистом.
А потом я заинтересовался группой Queen, а потом услышал, что Чайковский был педерастом (теперь-то мы знаем, что не был).
Казалось бы, при чём здесь Юрий Лужков?... Нет, это не сюда.
Так вот мне так сильно понравилась группа Queen и мне так сильно с детства нравилась музыка Чайковского, что я порвал в своём сознании связь личной жизни и творчества артиста и человека. И дальше перекроил всою манеру восприятия, чтобы воспринимать деятельность людей вне зависимости от их биографии. И оценивать их заслуги невзирая на их ориентацию и порочность.
Мне стало совершенно ясно, что нельзя обращать внимания на тот факт, что Пастернак и Булгаков боготворили Сталина, что Лев Толстой писал в штаны, а Микки Рурк растлевал маленьких мальчиков. Так же как нельзя поддаваться соблазну и подпадать под обаяние Никиты Михалкова и Юрия Лужкова (опять не сюда). Нельзя верить фотографиям, на которых Сталин держит на руках свою дочь Светлану и совсем по-доброму улыбается в усы.
Манера и поступки в личной жизни и деятельность по призванию это вещи непересекающиеся, понял и усвоил я.
Это непреодолеваемая пропасть. Mental Gulf.
И так жил.
Стинг - подлец, слышал я и смеялся. Нет никакого Стинга- подлеца. Есть Стинг, который every breath you take. А подлец это кто-то другой. Кто-то неважный и ненужный.
И вот теперь, уже примерно год, я испытываю примерно то же чувство, что испытывал при покупке фотоаппрата. А дело в том, что фотоаппарат я покупал после того как побывал везде,где хотел и почти везде, где считал нужным. После Нью-Йорка, Берлина и Парижа. И после Красноярска и Камышина. Мне было совершенно ясно, что я больше никогда не попаду ни в Камышин, ни в Нью-Йорк. А если попаду, то, когда это ещё будет. А фотоаппарат то, вот он. А чем же я раньше то думал? И где же тогда был этот фотоаппарат?
Так вот, только около года назад, я понял, что совершенно необходимо знать где жил Достоевский, чтобы читать "Братьев Карамазовых". И с кем спал Бунин тоже знать необходимо. А тот факт, что у Гогена в глазах жили подхвапченные на Гаити паразиты...
примерно так: чем большим наркоманом был Марадона, тем интересней наблюдать за его игрой.
И где ж ты был, мой фотоаппарат?
Противоречивая картинка из Венеции:
